Примерное время чтения: 6 минут
207

«Хочу на Донбасс». Как чернобыльский ликвидатор и мичман стал бездомным

Игорь Сабаталов / АиФ

Нередко люди, проживая долгую и насыщенную жизнь, к старости остаются не у дел - от них отказываются родственники, а возрастные болезни уже не дают обеспечить самих себя. Некоторые из них находят приют в тюменском центре «Милосердие». Среди борющихся с зависимостью наркоманов, бывших преступников и бездомных  там встречаются подопечные, чья биография вполне может лечь в основу бестселлера. Подробнее в материале tmn.aif.ru. 

От северных рубежей до Чернобыля 

Александр Орлов (имя изменено) уже и не помнит, когда он попал под опеку тюменских волонтеров. Одно знает точно - счет пошел на годы. Кем он за свою жизнь только не был - спасал страну от крупнейшей катастрофы в Чернобыле, сторожил морские границы и проехал весь Советский Союз в поисках лучшей жизни. 

Но все это в прошлом. Сегодня Александру 61 год и его одолели старческие болезни - поседевший мужчина редко встает с инвалидной коляски, и то, если костыли под рукой.  

Родился Александр в Горловке (Донецкая область), после службы в армии переехал на Кольский полуостров и поступил на службу во флоте. 

«Я мичманом служил на подводной лодке, в трех корпусах. На проекте 670-м РТ, потом в составе экипажа капитана 2 ранга Протапопова на 671-м РТМ и на 942-м проекте «Акула», экипаж Минакова», - вспоминает Орлов.  

Фото: АиФ

Со службы ушел в 1983-м, еще совсем молодым мужчиной, потому что начали одолевать болезни: гипертония, энцефалопатия, ноги стали сдавать.

«Служил бы и дальше, - признается мужчина. - Самые лучшие воспоминания в жизни с флота. Только они и держат на этом свете». 

Тогда, несмотря на недуг, мужчина подался в огнеборцы. Спустя три года произошло то, что потрясло весь мир - авария на Чернобыльской АЭС. Александр узнал об этом в числе первых и отправился на самое важное задание в своей жизни. 

«В 86-м я уже был старшиной ОПР (отдельная пожарная рота). Мы работали на зачистке энергоблока, крыши, замывали вытяжную трубу спецраствором. Фасады домов и балконы зачищали, турбинный блок, близлежащие населенные пункты», - вспоминает Орлов. 

«Рвался на войну - мечта была» 

Все это сильно ударило по здоровью - болезни обострились, а Александр начал терять память. Он вернулся на север и жил в Талнахе (район Норильска). С работой было туго, и в 1992-м он пошел работать на рудники. Все это время мужчина с военным прошлым рвался в бой, но в военкомате едва стоявшего на ногах вновь и вновь отправляли домой: 

«Я рвался на войну в Афганистан,  попасть туда была моя мечта. Хотел отдать себя на благо других. Воспитывали нас так - мы были за идею, не за медальки». 

Глубокую депрессию и неутихающую боль во всем теле Александр начал топить на дне бутылки. Так бы и спился, но «вытянула» супруга. Любовь всей жизни мужчина встретил на севере. В 1995 году они решили: «денег здесь больше нет» и уехали в Коротчаево (Новый Уренгой, Ямал). Сюда Александра позвали приятели, работавшие на изоляции трубопровода. Ему пообещали и приличную зарплату и помощь с гражданством - его после переезда из Горловки и развала Союза у мужчины не было.

Все, казалось бы, стало налаживаться. И тут судьба вновь нанесла неожиданный удар - ноги стали отказывать, а жена ушла, хлопнув дверью. Оставался один выход - ехать в Тюмень, где жили родители. К этому моменту передвигаться мог уже только с тростью - лучевая болезнь делала свое дело. 

«Недолго с родителями жил. Стеснять семью не хотелось - там же (в родительской квартире) сестра с мужем жила, бабушка еще жива была. Я устроился охранником в СНТ Петровский остров, мне дом дали под жилье», - рассказа тюменец. 

С работой решил помочь и отец, открывший в региональной столице спортивный клуб. Искать воспитанников долго не пришлось - топлы ребят бесцельно разгуливали по дворам и совершали мелкие преступления. Их мужчина и решил взять к себе на воспитание. 

«Собрал малолеток, пацанов, которые хулиганили в нашем районе. Мы занимались, гонял их за курево, конечно. Потихоньку они меняли отношение к жизни, свои взгляды. Позже мы начали играть с ними в шахматы, бильярд. В юношестве я тхэквондо занимался. Не мастер спорта, конечно, но кое-чему мог научить. Но потом болезнь окончательно подступила, и я ушел», - говорит Александр. 

«Вот мой орден, а вот две медали» 

Несколько лет назад родителей мужчины не стало. Врачи сколько не старались, а помочь с ногами так и не смогли - выручить мужчину было некому. Сидеть с протянутой рукой он не хотел, но и на работу его уже не брали. 

Свыкнуться с тем, что обеспечить себя у него вряд ли получится, Александр не мог.  Близкие отвернулись от него, тогда жизнь и пошла под откос. 

Когда мужчина попал под опеку волонтеров, брат и сестра написали официальный отказ от родственника.

«От меня отказалась сестра родная, брат. Какой грязью только не обливали. Всю жизнь честно работал, семье старался помогать, в крайнем случае не мешать ей. А они отказ написали, когда я в Центр попал. Не знаю, что я им сделал. Может я действительно настолько больной, что мне просто не помочь?» 

Несмотря на целый букет заболеваний (ВИЧ, пережитый инсульт, отказывающие ноги и неслышащее левое ухо), Александр старается «держаться бодрячком». Родных людей он давно простил, сейчас у него одна мечта - вернуться на малую родину. 

«Я хочу домой, на Донбасс. Здесь я столько лет, но словно в гостях. Не знаю, кто бы мне мог помочь, но я хочу в Горловку. Из родных там, наверное, уже никого не осталось. Надеюсь на помощь администрации, здешней или той. Я как ликвидатор может чего-то еще и стою. У меня доза облучения 24 рентгена. 129 суток ликвидации. Мне не надо наград, вот мой орден, а вот две медали», - говорит Александр, прижимая к себе пару костылей и похлопывая по коляске. 

Ранее tmn.aif.ru рассказывал Григории Коваленко. В 2013 году он получил инвалидность и оказался прикованным к коляске. Сейчас тюменец тренирует детей в собственном клубе тайского бокса.  

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах