Осенью жители страны могут столкнуться с нашествием шатунов — медведей, которые не впали в зимнюю спячку из-за голода. Причина для опасений появилась в начале лета, когда косолапые начали совершать набеги на поселения, разорять угодья и нападать на людей. При этом отступать они не намерены — нехватка пропитания вынуждает хозяев леса мигрировать из региона в регион. Подробнее — в материале tmn.aif.ru.
Какие регионы пострадали от нашествия медведей
В августе и сентябре 2026 года регионы Сибири, Урала и Дальнего Востока захлестнуло нашествие медведей. Хищники покидают тайгу и выходят к людям: животные проникают на территории школ, заявляют свои права на дачные участки и бродят по жилым улицам, из-за чего в ряде субъектов официально введен режим повышенной готовности. Одна из причин, почему бурому семейству не сидится в лесу — голод. Неурожай кедрового ореха, ягод и грибов изморил медведей, которым необходимо накопить жир для зимовки.
Встречи хищников с людьми порой заканчиваются трагично. В списке громких случаев — инцидент в Республике Алтай, где 19 августа медведь пробрался в туристический лагерь и растерзал 29-летнюю женщину. Позже жертвами хищника стали две пенсионерки из Красноярского края — их обезображенные тела нашли у леса. Еще один резонансный случай произошел в крошечной деревушке Верхний Кебеж на юге Красноярского края: бурый медведь посреди ночи вытащил 66-летнюю пенсионерку через окно дома, растерзал и оставил тело возле изгороди. Еще одна трагедия произошла 19 сентября в поселке Усть-Камчатск: медведь смял металлическое ограждение, проник на территорию топливного объекта и убил сторожа.
Аномальную активность животных замечают и в Свердловской области. Звери идут в населенные пункты в поисках еды. Некоторые экологи заявили, что в ближайшие дни медведи могут добраться до Тюменской области.
«В регионах с высокой численностью медведей, как на Урале, молодым или более слабым особям приходится уходить дальше, чтобы избежать конкуренции с более крупными хищниками на фоне „бескормицы“. Расстояние от Свердловской области до Тюменской составляет несколько сотен километров, что для бурого медведя не является непреодолимым препятствием. Однако прямой массовой миграции из одного региона в другой вряд ли стоит ожидать», — говорит зоолог Александра Попова.
В Тюменской области хватает «своих» нарушителей спокойствия: местные жители сообщают о медведях, разгуливающих по поселкам, свалкам и дорогам. Госохотдепартамент Тюменской области решил регулировать численность бурых в округе. Так, в трех охотничьих угодьях застрелили уже семь особей, представляющих угрозу.
В других регионах, где вопрос безопасности стоит острее, ведут патрулирование, запрещают посещение лесов и отслеживают перемещение косолапых с помощью дронов и фотоловушек.
Почему добычу медведя надо упростить?
С начала года в России от нападений медведей погибли как минимум 11 человек. При этом Минприроды РФ не считает статистику тревожной, так как она находится в пределах нормы: как оказалось, в среднем за сезон хищники убивают от 20 до 30 человек. Но проблему с ростом популяции и изменением поведения животных все же признали. За 15 лет численность бурых медведей выросла со 182 тыс. до почти 308 тыс. особей по всей стране — примерно на 69%.
Ведомство считает охоту основным инструментом контроля популяции, но промысел на медведей снизился. Добыча зверя стала слишком дорогим удовольствием. Стоимость охоты на медведя в России варьируется от 3 650 тыс. рублей за минимальную государственную пошлину до 1,5 млн рублей и выше за организацию тура «под ключ» в труднодоступных регионах. Но реализовать добычу практически невозможно.
Стоимость своих трофеев некоторые промысловики оценивают на вес золота — на одном из салехардских рынков охотники продавали шкуры зверя от 75 тыс. рублей. При этом средняя цена может доходить до полумиллиона — в зависимости от качества.
«Но реализовать такой товар сложно. Шкуры перестали быть престижным подарком или элементом интерьера, как это было 40 лет назад», — рассказывает охотник Григорий Багрич.
Мясо косолапых тоже мало кому нужно. Дело в том, что многие медведи заражены трихинеллами и это вынуждает охотников избавляться от трофея. По правилам ветеринарии, если в пробе мяса обнаружена хотя бы одна личинка паразита, вся туша признается непригодной и сжигается.
«Для человека заражение трихинеллами крайне опасно. Оно вызывает лихорадку, отеки, сильные мышечные боли и может привести к инвалидности или смерти из-за поражения внутренних органов. Особенность паразитов трихинеллами в том, что они не погибают при замораживании, копчении, солении и вялении. Обычная термическая обработка, например, жарка также не гарантирует их уничтожение», — дополняет врач-вирусолог Анастасия Меньшикова.
Еще одно условие, отбивающее интерес охотников к медведю, — это сжатые сроки лицензии
«Охота на медведя — это многомесячная работа: расстановка солонцов, приманок, наблюдение за тропами, поддержание порядка в угодьях. По правилам же охотник должен уложиться в 30 календарных дней, и если не успел — квота уходит следующему на очереди. Это и лишает мотивации», — говорит Багрич.
Кроме того, сама процедура получения лицензии кажется охотникам слишком надуманной из-за бумажной волокиты и жестких сроков, которые еще не гарантируют получение квоты на отстрел особи. Если заявок больше, чем квот, разрешения распределяют через жеребьевку.
«В прошлом сезоне разрешение на охоту медведя с лайкой было закрыто, в этом сезоне даже в списки не попал, какая-где льгота? В этом сезоне приходится покупать у частников. Нужно как-то решать вопрос или квоты увеличивать, или норму добычи», — возмущается тюменец Сергей Халтурин в соцсетях.
Опасность медвежьей «голодовки» в том, что зимой вероятность появления шатунов кратно возрастает. Многие промысловики уверяют, что обстановка, как никогда располагает упростить механизм легализованной охоты.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
