В Тюмени прошел необычный исторический ужин — мероприятие, где прошлое буквально «подали» к столу. Проект Лидии Носовой вновь доказал: историю можно не только изучать, но и проживать, погружаясь в эпоху. На этот раз в центре внимания оказался Семен Ульянович Ремезов — человек, чье имя стало синонимом познания Сибири. Он родился в 1642 году в Тобольске, жил на Посольской улице, и всю жизнь посвятил изучению родного края.
Специально для вечера в Тюмень приехала Яна Абдуллина — сотрудник Тобольского историко-архитектурного музея-заповедника и заведующий музейным комплексом «Рентерея» — казнохранилищем начала XVIII века, построенным по проекту Ремезова. В те времена здесь же хранился в денежном эквиваленте и сибирский «ясак» — налог, собираемый с аборигенного населения Западной Сибири.
Яна напомнила о Дне Сибири — празднике, который до революции отмечали с размахом. Именно 8 ноября (26 октября по старому стилю) 1582 года Ермак вошел в Искер —столицу Сибирского ханства. С этого момента началась новая глава истории: Сибирь стала частью Московского государства, и Ремезов жил и работал, пропуская эту историю через себя. Тема вечера — «О Семене Ремезове и истории Сибири XVII–XVIII веков» —раскрывалась через факты, атмосферу и блюда.
Вкус эпохи: кулебяка и старинные рецепты
Меню вечера стало еще одним способом прикоснуться к прошлому. Поваров не просили угадать, что ел сам Ремезов, — такой информации просто нет. Шеф-повар Денис Петухов представил старинные рецепты в современной подаче. Главное блюдо — кулебяка, в Сибири ее готовили как слоеный блинчатый пирог с разными начинками. Для предков это был символ благополучия: кулебяка на столе означала, что в семье все в порядке.

«Мы стараемся вернуть эти вкусы в нашу жизнь, — говорит шеф. — Многое из того, что раньше было обыденным, сегодня стало изыском. Но важно, чтобы гости почувствовали: наши предки ели сытно, вкусно и разнообразно. Русская кухня очень богата, просто в постсоветское время многие блюда упростились или вовсе забылись».
От «зографа» до энциклопедиста
Яна Абдуллина раскрыла перед гостями многогранность Ремезова. Современники давали ему десятки имен: иконник, живописец, географ, архитектор. Он расписывал часовни и полковые знамена, занимался чертежами оружия, составлял летописи, изучал быт и языки народов Сибири. А сам скромно подписывался как «зограф» — иконописец.
Ремезов был не просто творцом, а служилым человеком: он честно выполнял государеву работу и не искал славы. С 1698 года он руководил строительством каменного Тобольска, и по его проектам вырос Тобольский белокаменный кремль — с Приказной палатой, Вознесенской церковью, Гостиным двором и Рентереей. Эти здания изначально создавались для государственных нужд, и в них чувствовалась практичность мастера.
Карта — свидетельство эпохи
Но, пожалуй, самым масштабным его вкладом стали карты. До Ремезова карт Сибири как системного явления не было, а его труды дали мощный толчок освоению и заселению края.
«Карты Ремезова устроены иначе, чем привычные нам сегодня: на большинстве его чертежей юг вверху, а север внизу. По одной из версий, так „подсказывал“ полуденный свет, когда солнце стоит на юге. Он заносил на чертеж не только ландшафт, но и народности, покосы, огородные места. Ученые позже обнаружили, что в этих картах прослеживаются принципы иконописи и неслучайно: в XVII веке чертежников брали как раз из иконописцев, ведь и сам Ремезов в переписных книгах значился иконником», — рассказала Яна Абдуллина.
За одну жизнь Ремезов создал три важных атласа, каждый из которых — отдельный подвиг. «Хорографическая чертежная книга» (1697–1711) на 175 листах включала чертежи сибирских местностей. «Чертежная книга Сибири» (1701) из 23 карт охватывала гигантскую территорию — от Урала и Поволжья до Камчатки, от Ледовитого океана до Китая. А «Служебную чертежную книгу» он дополнял до конца дней: в ней — чертежи орудий, Каменских заводов и самого Тобольского кремля. «Чертежную книгу» и «Служебную» сегодня хранят российские библиотеки, а «Хорографическая» еще в 1918 году была вывезена историком Львом Багровым и много лет считалась утерянной — пока в 1958 году не «объявилась» в амстердамском факсимильном издании Багрова. С 1956 года подлинник хранится в библиотеке Гарвардского университета. Русское наследие за рубежом — тема, вызывающая и гордость, и одновременно боль и тревогу.
Дипломат по рождению
Особая грань таланта Ремезова — его дипломатические способности. Умение договариваться было семейной чертой: дед ездил с посольством к джунгарскому контайше и отстаивал интересы государства, а отец участвовал в посольской миссии, доставившей кольчугу Ермака. По преданию, атаману ее подарил Иван Грозный, она имела почти сакральное значение. В 1660 году отец Семена Ульяновича вместе с товарищами передал ее калмыцкому тайше Аблаю — а взамен узнал тайну могилы Ермака и получил обещание тайши беречь мир и пропускать русские посольства и караваны.
С Ермаком и его походом связаны и легенды, которые хранила семья Ремезовых. По преданию, тело атамана, погибшего на Иртыше у устья Вагая в 1585 году, прибило к берегу у Епанчинских юрт. Его опознали по царским панцирям, и дальше начались чудеса: будто бы из ран текла кровь, как у живого, шесть недель тело не тлело, а хищные птицы не смели к нему прикоснуться. В конце концов, татары похоронили Ермака с почестями на Баишевском кладбище под кудрявой сосной.
«Сибирские слова» и живая память о крае
На ужине гостям предложили вспомнить «сибирские слова» — например, «быкать» (заветриться), «завозня» (гараж), «имать» (поймать). Такие детали помогают увидеть Сибирь такой, какой ее знал Ремезов.
Он не просто фиксировал реальность — он помогал ее понимать, выступая посредником между разными мирами, народами, фиксировал их традиции, налаживал связи для государства.
Одна из его карт была создана специально для Петра I — по ней, по легенде, царь даже экзаменовал чиновников на знание сибирской земли. Оригинал хранится в Русском географическом обществе и сейчас реставрируется.
Зачем сегодня смотреть на эти карты? Они доказывают, что Сибирь XVII — XVIII века — не пустая окраина, а живое пространство городов, рек и торговых путей и соединяют географию, историю и память.