В центре Тюмени возвышается дом, который невозможно обойти вниманием — его барочный декор и лепные подоконные гирлянды приковывают взгляд и гостей города, и местных жителей. В начале ХХ века он принадлежал одному из самых состоятельных людей Тюмени – Николаю Дмитриевичу Машарову, владельцу чугунолитейного завода и гласному городской думы в 1907–1915 годах. Подробнее – в материале tmn.aif.ru.
Изыски из женских журналов
Его путь от скромного юнги на торговой барже до крупного промышленника и щедрого мецената, коллекционера произведений искусства был непростым. Он искренне любил Тюмень и многое сделал для ее развития, оставив заметный след в истории города. Об этом шла речь на очередном «Историческом ужине», организованном Лидией Носовой. Гастроисследователь, историк и краевед Оксана Климерова, перевоплотившись в мещанку Феоктисту Рубцову, погрузила гостей в атмосферу начала ХХ века, делясь «сплетнями, собранными на улицах Тюмени».
Надо сказать, что меню ужина было не случайным – часть блюд была воссоздана по рецептам из женского журнала Екатерины Евграфовны, супруги Николая Дмитриевича. Оригинал хранится в фондах музея Словцова, а часть была взята из общих воспоминаний об угощениях в тюменских купеческих домах. Гости не только узнали, какие блюда предпочитали представители знатного семейства, но и смогли сами их попробовать: оладушки с соленым муксуном, моченым яблоком и хреном, шаньги с зайцем и белыми грибами, салат с печеной репой, томленой в квасе уткой и кедровыми орехами, тельное из нерки с картофелем, печеным с белыми грибами в сметане, а также яблоки, запеченные с орехами и меренгой.
Союз двух династий
Известность к Машарову пришла после того, как он породнился с одной из богатейших семей Сибири. Родом из Пермской губернии, Екатеринбургского уезда, Шайтанской волости, Николай Машаров происходил из семьи, управлявшей заводом в Первоуральске. После отмены крепостного права Машаровы стали купцами, хотя в документах сам Николай по‑прежнему значился крестьянином.
Дата рождения Николая Машарова в разных источниках расходится, чаще всего называют 1865 год. В 18 лет он вместе с родителями переехал в Тюмень, где город с населением всего 12 тысяч человек остро нуждался в промышленных предприятиях. С 1883 года Николай работал юнгой в пароходстве братьев Кухтериных — семьи бывших тюменских ямщиков, известной с середины XVII века и накопившей значительный капитал. Благодаря достатку Кухтерины открыли чаеразвесочную фабрику, склад чая, спичечную фабрику и обзавелись собственными пароходами — на них и трудился Николай Машаров.
Судьбоносной стала его женитьба на 21‑летней Екатерине Евграфовне Кухтериной — завидной невесте с солидным приданым: баржей, груженой добром, и 10 тысяч рублей (на 25 рублей тогда можно было купить 100 кг гречки). Венчание прошло в Томске, после чего молодожены отправились в Тюмень. Здесь Николай приобрел каменный особняк у разорившегося купца Подаруева – тот самый, что ныне стоит на улице Ленина. Он лично занимался обустройством интерьера, предусмотрев две печи для обогрева нескольких комнат сразу.
В семье Машаровых воспитывалось восемь детей. Комнат было достаточно, но чтобы не тесниться, для детей и гувернанток построили отдельный флигель на территории усадьбы – сейчас здесь находится мастерская исторического наряда «Катя и все ее платья». В основном доме была лишь крохотная детская комната рядом с дамским будуаром – специально для младенцев, которым особенно нужна материнская забота.
Запретная кофейная вонь
С именем Машарова связывают и появление кофе в Тюмени. По легенде, он одним из первых привез эти зерна, поначалу горожане не знали, как его правильно готовить напиток. Сохранилось забавное воспоминание о приказчике Андрияне — Кондрашкином сыне, который варил «кашу из турецкого гороха» (то есть кофе) с добавлением розового масла, наполнив округу «несносным духом». Жандармерия даже запретила готовить кофе на несколько месяцев, пока не выяснили, что обжаривать зерна нужно на сухой сковороде, а масло добавлять уже в отвар. Гостям дали возможность попробовать правильный кофе с розовым маслом, как 120 лет назад.
Жизнь такова: то, что нам понятно сейчас – казалось загадкой в прежние времена, и наоборот. Взять, к примеру, «няню»: сегодня такое название вызовет улыбку, а раньше так называли фаршированный бараний желудок. Внутрь клали гречневую кашу, мясо с головы, мозги, ножки – и томили в печи до совершенства. Петушиные гребешки тушили с грибами, листья лебеды солили и добавляли в супы, корни лопуха жарили или варили — они напоминали пастернак. Даже болотный рогоз не пропадал зря: его крахмалистые корни превращали в муку. А сладость еде придавала свекольная патока.
Рождение легенды
Промышленную деятельность Николай Машаров начал с приобретения небольшой литейной мастерской Андрея Григорьевича Заколяпина. В крохотной землянке была установлена примитивная вагранка, в которой плавили медь и чугун. В мастерской работали 12 человек. После того как помещение сгорело, Машаров обратился к властям за выделением земли под новый завод и получил поддержку. Предприятие трудоустроило сотню человек. В 1913 году «Сибирская торговая газета» сообщала о чугунолитейном заводе товарищества «Н. Д. Машаров и К°», выпускавшем более 1200 наименований изделий – от чугунной и чугуноэмалированной посуды до печных принадлежностей и гвоздей разных видов.
Один из гостей ужина, тюменец Дмитрий Юсупов, продемонстрировал гвоздь со штампом «М», найденный на улице Дзержинского и ставший семейной реликвией. Он отметил, что этим гвоздям более 130 лет, и они ценятся реконструкторами деревянного зодчества за то, что не гнутся при работе с лиственницей.
Арест и реабилитация
После революции, в 1920 году, Дмитрия Машарова арестовали, а чугунолитейное производство передали рабочему комитету. Рабочие горячо отстаивали своего руководителя, ручались за него, отмечая его заботу о коллективе, но преследование продолжилось – Николая Дмитриевича обвинили в контрреволюционной деятельности. Семья его больше не увидела. Лишь в 1993 году томский прокурор реабилитировал его имя.
После революции, дом Машарова национализировали, с 1919 года вплоть до 1991 года в нем работала детская поликлиника. Потом особняк передали Тюменскому областному краеведческому музею, а через три года в нем открылся музей. Кроме этого дома, семье Машаровых в Тюмени принадлежали здания по адресам: Комсомольская, 18 и Луначарского, 22, стр. 3.
А завод продолжил работу под названием «Механик», с 1929 года специализировался на изготовлении деревообрабатывающих станков. 28 марта 1942 года завод стал военным и получил официальное название «Завод №762 Наркомата минометного вооружения». В 1945 году заводу вернули мирный статус. 12 мая 1966 года «Механик» переименовали в Тюменский станкостроительный завод. В середине 2000-х годов завод выехал на окраину города.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
