Продолжаем серию дискуссий о реконцептуализации индустриальных городов — и в особенности северных территорий, где климат и география создают уникальные вызовы. Можно ли назвать справедливым подход, при котором для северных городов заранее уготована роль «времянок»? Стоит ли бороться за прирост населения или разумнее учиться «планируемому сжатию»? И что на самом деле может заставить профессионала переехать на Крайний Север? Об этом в интервью «Платформе» размышляет Илья Бальцер, генеральный директор Института территориального планирования «Град» (Омск). Эксперт много работает с северными территориями и моногородами и предлагает посмотреть на их будущее без привычных иллюзий.
Этическая ловушка: решать за людей, как им жить
Меня часто занимает вопрос: насколько мы вообще можем вставать в позицию демиурга и решать за людей, как им жить. Давно идут разговоры, что к северным городам нужно подходить иначе — не строить много жилья, не вкладываться в образование и городскую среду, потому что это якобы территории для временного проживания. Приехал человек на пять-десять лет, заработал и уехал на большую землю.
Проблема в том, что люди там остаются, и далеко не все хотят уезжать. Человек часто любит место, где родился или прижился. Если мы на государственном уровне решим, что это «времянки», то поставим этих людей в заведомо ущербное положение — дадим им меньше, чем жителям других городов. Это кажется мне не очень справедливым.
Автоматизация сама сделает свою работу
Впрочем, я думаю, мы придем к трансформации этих территорий естественным путем — без специальных политических решений. Просто потому что появляются возможности вести хозяйственную деятельность дешевле. Люди — это всегда очень дорого. А автоматизация эту стоимость снижает.
Я уже видел, как пяток КамАЗов самостоятельно едет за лидирующей машиной по тундре. Это снимает потребность в водителях. Компании активно продумывают удаленное управление техникой и целыми объектами.
Четвертая промышленная революция сама подтолкнет нас к тому, о чем мы пока спорим. Если где-то можно обойтись без постоянного присутствия человека, бизнес так и сделает — просто потому что это дешевле.
Кофейня, школа и сервисы: что нужно профессионалу
Пока же города конкурируют за людей, и здесь надо четко понимать целевую аудиторию. Если мы хотим привлечь молодых профессионалов, то отбрасываем базовые вещи вроде зарплаты и карьерного роста — они должны быть по умолчанию. А дальше возникает вопрос среды. Если человек живет в Тюмени, где с городской средой очень неплохо, то переехать в город со средой хуже он сможет только за гораздо большие деньги.
Дальше идут сервисы, заточенные именно на эту аудиторию. Мы должны развивать досуг для людей 20–40 лет и не тратить ресурсы на условный «серебряный возраст». Часто это молодые семьи, поэтому критически важно высококлассное школьное и дошкольное образование. Например в Южно-Сахалинске многие отмечают качественное школьное образование, как фактор удерживающий от переезда на «большую землю». Это якорь. Когда ты понимаешь, что за свои деньги получаешь хорошую квартиру, нужные тебе кафе, спортзал и отличную школу для ребенка — это уже интересное предложение.
Хороший пример — Тобольск. Город во многом живет вокруг нефтехимического завода СИБУРа. Там приоритет развития у филиала Тюменского индустриального университета с кафедрами под задачи предприятия — и это логично. Профильный вуз, готовящий кадры для производства, а не попытка создать университет на все случаи жизни. Такой подход мне гораздо ближе.
Норильск: развитие в жестких условиях
Возьмем город Норильск. Он функционирует в очень сложных климатических и географических условиях. И в целом город и «Норникель» — молодцы, они сильно стараются. Просто объективно им очень тяжело с учетом объективных факторов, которые влияют территориальное развитие. И то, что компания много инвестирует в обновление городской среды и строит современный Лицей имени В. И. Долгих на 1 100 учеников — уникальный для Арктики проект: школа-пансион площадью 18 000 кв. м. для самых одаренных и мотивированных детей — абсолютно правильный шаг. Такие базовые элементы, как хорошая школа или даже качественная кофейня, порой могут стать более весомым аргументом для переезда, чем мы привыкли думать.
Интересно и другое: норильский мастер-план предлагает объединить здания в замкнутую теплую цепочку, чтобы не нужно было лишний раз выходить на улицу. Для этой территории это правильное решение. Для любого другого города я бы сказал, что это ужасно. Но Норильску нужен свой, особый путь.
В Норильске многие хотели бы уехать, и если бы открылось простое и понятное окно для переезда, уехали бы многие. По сути, это превратило бы город в очень большой вахтовый поселок. Экономически это, возможно, рационально. Но можно ли так поступать в рамках государственной политики? У меня большой вопрос.
Планируемое сжатие: меньше людей — не трагедия
При этом надо честно признать: урбанизация идет последние пятьсот лет и будет идти дальше. Люди будут съезжаться в крупные города, а малые города и поселки — уменьшаться. Они не исчезнут совсем, но сжиматься будут. И для большинства таких городов нужно заниматься планируемым сжатием. Я не вижу проблемы в том, что в городе жило 40 тысяч человек, а будет жить 20 тысяч. Создать комфортные условия для 20 тысяч, наверное, проще, чем для 40. Главное — чтобы город продолжал выполнять свою роль в экономике.
Поэтому я бы вообще иначе ставил вопрос. Не «как заманить людей на Север», а «как заново настроить жизнь этих городов в меняющемся мире». Может быть, там будет жить меньше людей, но появятся более интересные институты, особые экономические или правовые условия.
Где связка? О разрыве стратегий и частных городах
Мы часто заявляем одно, а в мастер-плане видим совершенно другое. В Ноябрьске говорят: месторождения истощаются, перестраиваем город из нефтедобывающего в нефтесервисный. Но открываешь мастер-план — а там стандартный набор: развиваем все подряд. Где изменение концепта? Базовая идея должна как стержень вытягивать практические решения, а у нас идеи отдельно, решения отдельно. Как накатанная колея — так и работаем.
Мастер-планы должны были сломать этот разрыв между экономической стратегией и территориальным развитием, но мы пока не до конца научились так делать. Для моногородов выход вижу в том, чтобы план был не просто административным документом, а частью стратегии самого предприятия.
Если смысл существования населенного пункта — обслуживание интересов компании, может быть, стоит честно это признать и ввести понятие «частных городов». Они у нас де-факто уже есть — закрытые города «Росатома». Там корпорация несет полную ответственность за территорию, и тогда запросы бизнеса напрямую увязаны с тем, что дает городская инфраструктура. Появляется та самая связка, которой сегодня так не хватает.
В свое время в Сибирь ехали за свободой — потому что здесь не&nb 32d sp;все законодательство Российской Империи работало. Может быть, и сейчас стоит посмотреть в эту сторону: искать для каждого города свой уникальный облик, свои особые условия, а не пытаться сделать из каждого маленького города маленькую копию мегаполиса. Может быть, тогда и люди найдут свой повод остаться.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
