Есть преступления, которые раскрыть особенно сложно: нет свидетелей, нет очевидцев, а время работает против следствия. Именно с такими делами чаще всего сталкиваются следователи-криминалисты, отмечающие 19 октября свой профессиональный праздник. Один из них — Александр Шенкевич, за плечами которого сотни раскрытых дел и 14 лет службы, шесть из которых — в отделе криминалистики. О том, как проходят выезды на места преступлений, почему на раскрытие дается не более суток и как найти подход к человеку — в материале tmn.aif.ru.
Как устроена работа на практике: день криминалиста
Игорь Сабаталов, tmn.aif.ru: Александр Георгиевич, расскажите, кто такие следователи-криминалисты и какая у них задача?
Александр Шенкевич: Это специалисты, помогающие расследовать сложные и тяжкие преступления. Их задача не только в поиске улик — необходимо найти и правильно зафиксировать их, а также подсказать следователю, какие шаги могут продвинуть расследование. Мы также можем оказать практическую и теоретическую помощь, в основном это касается дел, которые еще не раскрыты.
Есть и отдельные следственные действия. Например, мы тоже можем допрашивать людей, проводить обыски, смотры изъятых вещей и назначать экспертизы по поручению руководителя. Можно сказать, что мы совмещаем в себе функции следователя и оперативного сотрудника, полностью сопровождаем дела от первой найденной улики до отправки дела в суд.
— Может ли следователь стать криминалистом по собственному желанию?
— В том-то и дело, что это так не работает. Конечно, никто не запрещает говорить, что ты хочешь попасть сюда, но произойти это может только за определенные заслуги. И речь не только о высокой раскрываемости или физических данных — у кандидата среди коллег должен быть заслуженный авторитет.
— Вы упоминали, что после перевода в 2020 году стали работать с «темными делами» — какие это дела? И чем вам чаще всего приходится сталкиваться?
— Это дела, совершенные в условиях неочевидности. Проще говоря, нет ни свидетелей, ни лица, совершившего преступление. Чаще всего мы выезжаем на резонансные, тяжкие и, соответственно, особо тяжкие преступления: убийства, изнасилования, преступления, где жертвами становятся дети и т.д.
— Расскажите о том, как проходит ваш выезд: с чего начинается расследование и каков порядок действий?
— В первую очередь следователь-криминалист начинает руководить следственно-оперативной группой. Затем нужно проанализировать обстановку, дать указания, осмотреть место происшествия. Уже на этом этапе необходимо понимать, что здесь произошло и что нужно изъять — для этого важно иметь аналитический склад ума, видеть ситуацию наперед. Затем идет очередь поручений: оперативные сотрудники отправляются на опросы, чтобы узнать у соседей, слышали ли те, например, какие-то шумы. Если уже возбуждено дело, они приступят к допросам. Следователю дается указание: помочь криминалисту в осмотре места происшествия. Этот этап крайне важен, необходимо все запомнить и ничего не упустить, поэтому дополнительная пара глаз не будет лишней. Можно сказать, что грамотный осмотр — гарантия того, что дело будет доведено до конца.
— В каждом деле время работает против следствия. Опишите типичный «маршрут» криминалиста в первые сутки часа после выезда?
— По моему мнению, у следователя на раскрытие дела и установление обвиняемого есть 24 часа. Максимальный предел — 48 часов на задержание человека и доказательство его вины. После осмотра места преступления основные свидетели допрашиваются, криминалист в это время обязан помогать следователю, подключаться к допросам, если свидетелей много, и, конечно, изучать все улики.
Как из хаоса появляется картина преступления
— Как вы определяете, где искать ключевые улики на месте: есть ли алгоритм или многое зависит от интуиции?
— Я бы сказал, что это совокупность опыта и аналитического склада ума. В конце концов, мы даем указания, контролируем и сопровождаем. Мне в этом помогает многолетний опыт работы следователем до того, как я стал криминалистом.
— Можете привести в пример случай, в котором вам этот опыт пригодился?
— Произошло убийство и мне пришлось применить психологические навыки. Мать потерпевшего заявила о пропаже сына и рассказала, что в последний раз он был в квартире нашего подозреваемого. Оказалось, произошел конфликт, преступник забил мужчину до смерти и вывез тело в лесополосу. Была зима, труп спрятали и забросали снегом. Затем фигурант вернулся в квартиру, замыл ее хлоркой, пытаясь уничтожить улики. Это ему не помогло. Мы нашли на стене следы — затемненные пятна. При дневном свете их не было видно, проступили только под ультрафиолетом. Экспертиза доказала, что это кровь, и принадлежит она пропавшему мужчине. Однако о местоположении трупа владелец квартиры молчал.
Подозреваемый совсем не шел на контакт, разговорить его пытались несколько сотрудников. У меня с ним беседа сложилась, скажем так, на доверительной основе — понадобилось всего пять минут. Тогда он и рассказал, что произошло в роковой день и где закопан труп.
— Часто приходится искать «ключик» к людям на работе?
— Постоянно. Это касается как потерпевших, так и подозреваемых — ко всем нужен свой подход. В первые секунды разговора следователь уже обязан понимать, что за человек стоит перед ним и что он может рассказать. Бывает, что люди стали свидетелем, но по каким-то причинам не хотят рассказывать о случившимся — с такими тоже приходится работать.
— Какое оборудование у криминалиста с собой на выезде?
— Мы применяем самую разную криминалистическую технику: цианоакрилатная камера (Помогает обнаружить невидимые следы рук на уликах. — Прим.Ред.), источник криминалистического света, металлоискатели — перечислять можно долго. Перед тем, как отправиться на место происшествия, мы уже знаем, что произошло и берем только необходимое. Для примера возьмем убийство: поступает сообщение, следователь-криминалист берет с собой источник УФ-света и гемофан — реагент позволяющий отличить кровь от других следов. Этого достаточно, чтобы собрать улики для первоначального этапа расследования.
— Бывает ли, что улики противоречат друг другу? Как в таких случаях выстраиваете версию?
— Можно сказать, что этот вариант исключен. Во всяком случае, за 14 лет моей службы такого никогда не происходило. Главная задача — избежать противоречий, для этого и нужна аналитика — она помогает правильно выстроить цепочку, чтобы пазл сложился. Случается так, что улики указывают на человека, а тот идет в «отказ». Я должен предоставить ему неоспоримые факты, чтобы возможности отпираться у него не осталось. С разными жуликами приходится иметь дело, многие из них — опытные и идут на преступление не в первый раз, но и с ними у меня не возникает трудностей.
— Что для вас важнее в доказательной базе: вещественные улики, показания свидетелей или цифровые данные?
— Абсолютно все из этого и приводит к результату. Простому человеку что-то может показаться мелочью, но в итоге она приведет нас к истине. В любом случае, каждая экспертиза и осмотренная вещь так или иначе приведет нас к какому-то результату. Как я уже говорил, картина преступления складывается в голове у криминалиста уже на первом этапе, а экспертизы показывают детали.
— Насколько цифровые следы (переписка, геолокация, камеры) сегодня решают исход дела?
— Детализация телефонных соединений, биллинги — все это для нас очень важно. Они могут показать, где находился подозреваемый, с кем он связывался после преступления, то же самое можно выяснить о потерпевшем. Все это формирует доказательную базу.
Как не помешать следствию?
— Есть ли в Тюменской области своя специфика преступлений или типичные схемы, которые вы видите из года в год?
— У нас это, в основном, преступления бытовые и в отношении несовершеннолетних. В последнее время очень часто стали совершаться интернет-преступления, в которых жертвами становятся дети.
— Какой совет вы бы дали обычному человеку, чтобы не навредить следствию, если он оказался свидетелем или первым на месте происшествия?
— Если человек оказался на месте происшествия, первое, что он должен сделать — сообщить об этом в экстренные службы. В дальнейшем нельзя ничего трогать, по возможности не приближаться к месту. Например, если речь об убийстве, ни в коем случае нельзя подходить к телу. До приезда правоохранителей стоит следить за тем, чтобы и другие люди соблюдали эти рекомендации.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
